Антуан де Ривароль

(1753—1801 гг.) писатель-моралист

• Армейская дисциплина тяжела, но это тяжесть щита, а не ярма.
  
  
• Бараны сбиваются в стадо, львы держатся порознь.
  
  
• Близкое общение — вот откуда берут начало нежнейшая дружба и сильнейшая ненависть.
  
  
• Богомол верит бредням других людей, философ — лишь своим собственным.
  
  
• Бывают времена, когда правительство теряет доверие народа, но я не знаю времени, когда оно могло бы доверять ему.
  
  
• В государстве следует четко различать арифметическое большинство и большинство политическое.
  
  
• Вольтер учил: «Чем люди просвещеннее, тем они свободней». Его преемники сказали народу: «Чем ты свободнее, тем просвещенней». В этом и таилась погибель.
  
  
• Где армия зависит от народа, там рано или поздно оказывается, что правительство зависит от армии.
  
  
• Даже если заговор составляется иногда людьми умными, осуществляется он всегда кровожадным зверьем.
  
  
• Деспотии гибнут из-за недостатка деспотизма, как хитрецы — из-за недостатка хитрости.
  
  
• Если это неясно — значит, это не по-французски.
  
  
• Из двадцати человек, говорящих о вас, девятнадцать говорят плохое; двадцатый говорит хорошее, но делает это плохо. Известно, что движение других планет кажется с Земли неправильным и хаотическим и что следует мысленно перенестись на Солнце, дабы в полной мере оценить упорядоченность мироздания; по той же причине частное лицо судит о государстве, в котором живет, куда более ошибочно, нежели тот, кто входит в правительство.
  
  
• Изречение мудреца: Если сомневаешься, воздержись — не только прекраснейшее правило морали, но и главное правило метафизики.
  
  
• Какие основания были у него покончить с собой? А ведь для того, чтобы жить, нужны более веские основания, чем для того, чтобы умереть.
  
  
• Когда кругом все удивительно, ничто не вызывает удивления; это и есть детство.
  
  
• Кошка не ласкает нас: она к нам ластится.
  
  
• Кто предугадал ход событий на двадцать четыре часа раньше толпы заурядностей, тот двадцать четыре часа слывет человеком, лишенным самого заурядного здравого смысла.
  
  
• Любовь — это мелкая кража, которую удается совершить природному порядку вещей у порядка общественного.
  
  
• Люди в большинстве своем непрерывно суетятся ради того, чтобы под конец обрести покой, но есть среди них и такие лентяи, которые сразу начинают с конца.
  
  
• Люди, которым потребны чудеса, не понимают, что тем самым они требуют от природы прекращения ежедневных ее чудес.
  
  
• Молодые люди ведут себя с женщинами как робкие богачи, а старики — как наглые нищие.
  
  
• Моя эпитафия: «Лень отняла его у нас раньше, чем смерть».
  
  
• Мученик во имя старой веры кажется нам упрямцем; мученик во имя новой — пророком.
  
  
• На свете существуют две истины, которые следует помнить нераздельно. Первая: источник верховной власти — народ; вторая: он не должен ее осуществлять.
  
  
• Не раз уже отмечено, что те, кто занимается физикой, естественной историей, физиологией или химией, обычно отличаются мягким, уравновешенным и, как правило, жизнерадостным нравом, тогда как авторы сочинений по вопросам политики, законоведения и даже морали — люди угрюмые, склонные к меланхолии и т. д. Объясняется это просто: первые изучают природу, вторые — общество; первые созерцают создания великого творца, вторые вглядываются в дело рук человека. Следствия не могут не быть разными.
  
  
• Народу нужны не отвлеченные идеи, а прописные истины.
  
  
• Наши безбожники в большинстве своем — всего лишь взбунтовавшиеся святоши.
  
  
• Невинную девушку растлевают бесстыдными речами, женщине легкого поведения кружат голову почтительной любовью: в обоих случаях — неизведанным плодом.
  
  
• Основополагающая мысль иудаизма состоит в том, что Бог предпочел евреев остальным народам. С помощью одной этой идеи Моисей воздвиг бронзовую стену между своей нацией и всеми другими; он сделал больше: он обрек свое несчастное племя на подлинное отлучение от вселенной и — что особенно примечательно — ценой вселенской ненависти подарил ему бессмертие.
  
  
• Почему вы так много говорите со скучными людьми? — Боюсь, что иначе меня заставят слушать.
  
  
• Ради денег Мирабо готов на все — даже на доброе дело.
  
  
• Разум — историк, страсти — актрисы.
  
  
• Разуму подобает смеяться, а не гневаться. Сам Господь Бог, приговорив Адама к труду и к женщине, отпустил ироническое замечание: «Вот, Адам стал как один из нас».
  
  
• С сердечными чувствами дело обстоит как с благодеяниями: кто не в состоянии отплатить за них, тот становится неблагодарным.
  
  
• Самодержец может быть Нероном, но порой бывает Титом или Марком Аврелием; народ часто бывает Нероном, Марком Аврелием — никогда.
  
  
• Слишком большая власть, внезапно обретенная одним из граждан при республике, превращает последнюю в монархию или в кое-что еще похуже. Народу всегда наследует деспот.
  
  
• Стоит быть порядочным человеком. По крайней мере, никто тебе не будет завидовать.
  
  
• Страсти — вот ораторы многолюдных собраний.
  
  
• Те же самые средства, что делают человека способным разбогатеть, мешают ему наслаждаться богатством.
  
  
• Только мертвые языки обретают бессмертие.
  
  
• Только обладая аппетитом бедняка, можно со вкусом наслаждаться богатством; только при кругозоре мещанина можно наслаждаться по-царски.
  
  
• У природы четыре большие декорации — времена года, вечно одни и те же актеры — солнце, луна и прочие светила, зато она меняет зрителей, отправляя их в мир иной.
  
  
• Ум потребен не для того, чтобы нападать на верования, а чтобы закладывать их основу и укреплять: легче легкого сочинять эпиграммы на Иисуса Христа. Что же до мужества, то философу оно необходимо не в большей, а иной раз даже и в меньшей степени, нежели апостолу.
  
  
• Ума у нее не больше, чем у розы. (О своей любовнице).
  
  
• На мысли следует нападать с помощью мыслей: по идеям не палят из ружей.
  
  
• Те, которые дают советы, не сопровождая их примерами, походят на дорожные столбы, которые дорогу указывают, но сами по ней не ходят.
  
  
• В области нравственности не следует выказывать свою добродетель по малозначительным поводам: девственностью не хвастаются.
  
  
• Пословицы суть плоды опытности всех народов и здравый смысл всех веков, переложенные в формулы.
  
  
• Глупость, сопровождаемая музыкой, танцами, обставленная блестящими декорациями, все же глупость, но ничего большего.
  
  
• Презрение должно быть самым молчаливым из всех наших чувств.
  
  
• Возмущение непреоборимым злом и покорность злу, с которым можно совладать, свидетельствуют о малодушии. Что можно сказать о человеке, который негодует на дурную погоду и покорно сносит оскорбление?
  
  
• Незаурядные умы относятся с глубоким вниманием ко всему знакомому и рядовому, а заурядные — проявляют интерес и пристрастие лишь к тому, что выходит из ряда вон.
  
  
• Глупцам следовало бы относиться к умным людям с недоверием, равным тому презрению, с каким последние относятся к ним.
  
  
• Дурные люди являют собой такое зрелище, что порождают хороших людей; точно так же зрелище нелепостей порождает хороший вкус.
  
  
• Зависть, которая говорит и кричит, обычно бездейственна; бояться надо той зависти, которая безмолвствует.
  
  
• Иным людям богатство только и приносит, что страх потерять его.
  
  
• Как это печально — мечтать о самом насущном: не имея его, человек всегда несчастлив, но имея — далеко не всегда счастлив.
  
  
• Человеческое сердце не знает пределов, человеческий ум ограничен.
  
  
• Скромный человек может добиться всего, горделивый — все потерять: скромность всегда имеет дело с великодушием, гордыня — с завистью.
  
  
• Способность человеческого ума придумывать собирательные понятия, эта великолепная уловка, стала причиной чуть ли не всех его заблуждений.
  
  
• Человек любого звания свободен, если он делает, пусть по необходимости, только то, что идет ему на пользу; рабом следует считать лишь того, кто принужден делать нечто вовсе ему бесполезное.